Jogan Hainkel (teo_tetra) wrote,
Jogan Hainkel
teo_tetra

Category:

Пишите правые Православные! .... Господь - Слово Правды





БЛАГОСЛОВЕНИЕ.jpg

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Очень часто задают вопрос:
Можно ли писать на диктофон переговоры с чиновниками, и если да, то каким законом это предусмотрено?


Я всегда отвечаю: не только можно, но и нужно. Пишите на диктофон всё, что может потом пригодиться вам для анализа, особенно если есть необходимость посоветоваться с кем-то, дать послушать содержание ваших переговоров вашему товарищу или адвокату, обсудить в коллективе прошедшие переговоры. Это не возбраняется, не запрещено, это делать можно, а в некоторых случаях - очень даже желательно, то есть нужно.

Писать собеседника (особенно касается чиновников) законом не только не запрещено, но и разрешено. Только ведь понятно же, что "в поле" каждому сомневающемуся законы цитировать не станешь. Стигматизация (неблагое клеймо) аудиозаписи в какой-то мере обусловлена общим посылом, что подвешен на заглавном плакате.
А еще я заметил, что аудиозаписи сторонятся граждане, которые, мягко говоря, неискренни, которым есть что скрывать или есть от чего открещиваться. Когда такие граждане говорят мне "А на каком это основании вы пишете наш разговор!?!" Я отвечаю как можно спокойнее: "Не волнуйтесь, пожалуйста, пишу сам себя, для себя, для памяти (или для протокола), если хотите - могу и Вам потом эту запись прислать, сами себя с удовольствием послушаете. Пенять на закон (заверять, что, мол, "Законами не возбраняется!") - это лучше делать в самом крайнем случае, когда другие доводы не действуют.

Афишировать ведение записи, впрочем, не всегда обязательно, и здесь (в скрытой аудиозаписи) нет ничего предосудительного (как раз об этом - вся эта статья). Главное моральное основание для скрытой записи - ваша собственная порядочность, честность, искренность, открытость.
Лично я предпочитаю таки демонстративно диктофон прямо на стол выкладывать. Демонстрирую так свою открытость и искренность:-)))) Журналисты вот всегда так и поступают - просто кладут диктофон на стол, и никому в голову не приходит возражать. А я-то чем хуже? Любой чиновник просто обязан понимать, что его всегда могут писать. Если ты чиновник честный, то чего скрывать-то, - говори начистоту, ибо собеседник вправе рассказывать всем, что ты наговорил, для этого, собственно и разговор.
Часто чиновники, возражая против аудиозаписи, ссылаются на запрет разглашения персональных данных. Здесь можно возразить: персональные данные в беседе сообщаются только те, которые, как правило, публичны: фамилия, имя, отчество, номер телефона. Что ж тут такого уж конфиденциального? Эти "персональные" данные могут запросто быть разглашены и без аудиозаписи.
Я сам обычно (про "персональные данные") говорю примерно так:: "Да не волнуйтесь вы так, это же НАШИ персональные данные, мои, и вот его (киваю на товарища), и мы не против чтобы их разглашали, скорее наоборот, мы же подписываемся под всем, что говорим, под каждым словом подписываемся, своими собственными именами.

И Вам, если Вы человек честный (а вы ведь честный человек!), скрывать-то нечего, ведь так же?"

Вопрос - как впоследствии использовать полученную аудиозапись, в смысле не среди "своих" для обсуждения, а как доказательство чьих-либо заявлений, фактов?
Знаете, друзья, это совсем другой вопрос. Первый ответ простой - смотрите как это делают журналисты. Если же надо в конкретных спорах использовать (в суде, например) - это, еще раз оговорюсь, вопрос совсем другой, и для него надо отдельную заметку писать:-)))

Еще вопрос. Как быть, спрОсите, если объявлен специальный публичный запрет на аудиозапись? Как тут быть?
Здесь я не советчик. Ситуации разные бывают, надо смотреть по ситуации. Первый ответ тоже простой: старайтесь по возможности не решать спорные вопросы, если вам не разрешают их хотя бы на аудио фиксировать. Если заведомо не разрешают фиксировать - значит, скорее всего, собираются обмануть; собираются - значит попытаются, и возможно что обманут.
Да, бывает еще и так, что запрет на запись - не есть проявление враждебности или неискренности; бывает ведь и так, что артист или лектор не желает, чтобы его авторские тексты затем публично кем-то воспроизводились.
То есть, опять же, этот вопрос также сильно выходит за пределы этой заметки.

Одним словом, пишите, сколько хотите и где хотите. Исключения - смотрите выше, и смотрите по обстановке.

Искренне Ваш,
Олег Барсуков
Адвокат АП Санкт-Петербурга

P.S.

Если вы читаете это для того чтобы защитить в суде самого себя любимого, свои любимые "честь и достоинство", то эта заметка явно не для вас, потому что в этом случае я прежде всего отправлю вас читать бессмертную гоголевскую

"Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем", в которой рассказывается как нкрасиво выглядят сутяжники, а заодно лермонтовскую «Песню про ... удалого купца Калашникова» и пушкинского «Онегина», в которых рассказывается сколь чинно и благородно выглядят настоящие мужчины, предпочитающие суду светскому суд Божий:-)
Это скорее «сухая выжимка» из наиболее употребительных норм, которые надо бы знать правдорубам для превентивной защиты от злокозненной хулы. Поправлять этот текст стану по мере его естественного "вылеживания" и поступления вопросов, которые, возможно, появятся у читателей.
То есть
троллить можно, даже нужно!:-)

Итак, по порядку, начиная с Конституции (основного закона) России и других норм материального права - к частным практическим случаям.

Для защиты доброго имени и репутации действуют нормы:

- Ст. 23 Конституции - закрепляет, что каждый имеет право на ... защиту своей чести и доброго имени, а
- Ст. 46 Конституции -гарантирует каждому же судебную защиту его прав и свобод (в том числе на защиту чести и доброго имени - прим.авт.)
- Ст. 152 ГК устанавливает основные принципы и порядок, как, каким образом могут быть защищены вышеуказанные конституционные права, в том числе аналогичные права за защиту деловой репутации юридических лиц, которая охраняется по тем же нормам и правилам, что и деловая репутация граждан, за исключением положений о компенсации морального вреда.
Надо отметить, что перечисленные статьи - это азы, азбука вопроса, означенного в теме, и потому каждому журналисту или даже порядочному блогеру. (только пожалуйста, не объясняйте мне чем отдельный аккаунт в соц.сети или блог отличается от СМИ, здесь вовсе не об этом речь!) надо их если не заучить наизусть, то хотя бы вдумчиво вчитаться в уже упомянутую
статью 152 ГК,

вникнуть в неё в контексте Конституции и т.н. "понятий" (языком современного "естественного права") или "благодати" (языком теологов), как кому больше нравится.
Здесь нелишним будет напомнить об уголовной ответственности за клевету - ст.128. 1.УК РФ.
Статья на практике почти "не работает" (тут не время и не место обсуждать почему), и потому приводится здесь только ссылкой, вот надо на всякий случай иметь её в виду.
Это вот что касается права граждан (или юр.лиц) на защиту от "дурного слова".

Но надо сказать, что у потенциальных «злых языков» тоже есть права (условно - права на правду), и установлены они Конвенцией о защите прав человека и основных свобод
(который является составной частью правовой системы России),
- Ст. 10 Которой предусмотрено право каждого (человека, гражданина, лица) свободно выражать свое мнение.


- Кроме того, нелишним будет помнить о Рекомендации Комитета министров СЕ относительно права журналистов не раскрывать свои источники информации (принята относительно недавно - 8 марта 2000 г.), которая, хотя в судебной практике как бы не встречается (всё-таки «рекомендация» же!), но может пригодиться любому журналисту, раз уж для журналистских прав она назначена:-).
Вот, пожалуй, и все нормы, которые журналист должен, еще раз повторюсь, заучить на уровне понимания смысла (зубрить не обязательно, зубрить тут скорее вредно, нежели полезно - прим.). На этом первую (вводную) часть можно закончить.


---Вторая часть - не менее (а быть может даже более) важная, нежели первая---

Дальше - о правоприменительной практике, то есть о том, какие в этой сфере действуют «понятия», о том, как эти нормы должны толковаться, т.е. чего ждать от судов, если они за вас возьмутся:-). Надо оговориться, что судебные акты, включая Постановления Пленумов Верховного Суда РФ, ПРИНЦИПИАЛЬНО ОТЛИЧАЮТСЯ от законов (норм), на которых эти акты ссылаются. Материалы судебной практики НЕ тождественны закону. Здесь не к месту объяснять эти отличия (не тот формат), просто усвойте это (пока) на уровне веры, - тогда вам станет "легче жить", ибо тогда вы станете настоящим оформившимся юристом:-)
Вот значимые документы судебной практики, ради выжимки из которых, собственно, и написан этот пост:

- "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также о защите деловой репутации граждан и юридических лиц". Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N3.
- Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 28 марта 2014 г. N ВАС-3356/14 "Об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ (ключевые темы: рейдер - деловая репутация - рейдерский захват - право выкупа - защита чести и достоинства).

- (почти прецедентное) Постановление Европейского суда по правам человека (European Court of Human Rights) от 21 ноября 2017 г. (ссылка дана на новость из «Новой адвокатской газеты», на всякий случай - вот его официальная публикация).
Главная суть, о чем судебная практика толкует, в двух словах.
Вы можете написать о ком-либо, о каким-либо лице (юридическом или физическом лице, гражданине). С точки зрения защиты от злословия эта ваша писанина (касается и печатных изданий, и сети Интернет) делится (условно) на три категории, каждую из которых опишу здесь примерами (примеры абсолютно вымышленные, всякие совпадения - случайны):



1) Факты, НЕ соответствующие действительности и порочащие честь, достоинство и деловую репутацию.
Например. Вы опубликовали о ком-то нечто не до конца проверенное и/или заведомо лживое, например, новость о том, что некто Иванов (еще раз: примеры вымышленные, всякие совпадения - случайны) с явно неблагой целью перекрестился на памятную доску фашистскому пособнику Маннергейму, после чего бегал по Дворцовой площади с голой задницей и показывал прохожим фиги. Если Иванов в достоверности этого вдруг засомневается и пожалуется на вас в суд, то вам придется представить доказательства - фото/видео, свидетельские показания и т.п. (бремя доказывания и ответственность тут лежит солидарно на СМИ и авторе публикации). Надо понимать, что публиковать какие-то сведения о том, что например, такой-то гражданин - бандит или вор или иностранный агент - надо иметь этому твердые доказательства, например, вступившее в законную силу решение суда. Или, к примеру, если вы в контексте разговора об иностранных агентах говорите о (неблагом) личном знакомстве Иванова с Усамой Бен Ладеном - лучше запаситесь нужными фотографиями и свидетелем, который эти снимки сделал. И т.д. и т.п. Если, к другому примеру, вы написали в публикации что Иванов - антирусский иностранный агент потому что у Иванова есть фонд на Кипре - вам придется представить доказательства, и что  у Иванова действительно есть фонд на Кипре, и что деньги этот фонд получает из-за рубежа, то есть доказывать придется каждое порочащее слово. Тут надо оговориться, что сама по себе недостоверность информации не может порочить чье-то доброе имя. То есть если, к примеру, в спорной публикации написано что Иванов был обут в синие кроссовки, а на самом кроссовки у него оранжевые, то и судебного спора об этом никакого быть не может, поскольку сами по себе сведения о наличии у Иванова кроссовок (синих или оранжевых) не являются порочащими.

2) Факты, (ДА) соответствующие действительности (правдивые то есть), но могущие опорочить честь, достоинство и деловую репутацию.
Например. Иванов действительно бегал по Дворцовой и вел себя непристойно, и у вас есть твердая доказуха (видеозапись с нескольких камер). Но Иванов страдает психическим заболеванием (нарушена, к примеру, гендерная идентичность), и приступы этого псих.заболевания вынуждают его (Иванова) совершать порой откровенно гомосексуальные и прочим образом неприглядные поступки; в этом случае ваша публикация, хотя и соответствует действительности, но также может быть признанной порочащей честь и достоинство, вы можете быть привлечены как минимум к хлопотам по удалению этих публикаций и иному заглаживанию причиненного вреда. Здесь надо отметить, что поскольку речь идет об информации достоверной, то в этом случае уже Иванов обязан будет доказать, что опубликованные о нём сведения его порочат (бремя доказывания - на истце, как бы потерпевшем от публикации). То есть, если, к другому примеру, Иванов пожалуется на публикацию о том, что у него (у Иванова) есть фонд на Кипре, то он, Иванов, обязан будет доказать, что наличие у него фонда на Кипре (а фонд-то действительно есть) лично его, Иванова, как-то порочит. В случае с «Дворцовой» Иванову также придется доказывать, что распространение сведений о его нетрадиционной сексуальной ориентации как-то нарушает его права на личную жизнь, а не связано с его, Иванова, давешним вполне осознанным каминг-аутом.

3) Оценочные суждения, которые, хотя и могут содержать признаки опорочивания, но не влекущие правовой ответственности (не путать с ответственностью «по понятиям», в этом смысле журналист всегда под «прицелом»:-)))).
Типичный пример «оценочного суждения»: «Дмитрий Анатольевич Медведев по старой памяти зашел на рынок Юнона и купил себе пестрые кроссовки, и этот вопиющий факт доказывает, что ДАМ - коррупционер».
Ответственность за опорочивание чести и достоинства подобными оценочными суждениями зависит от личности.
Если бы в этом суждении вместо ДАМа присутствовал бы, к примеру, адвокат Барсуков, которого в таком контесте сравнили бы еще с «адвокатом Терразини»  или «адвокатом дьявола», то в этом случае автор публикации и редакция могли бы быть привлечены как минимум к гражданско-правовой (а то и к уголовной, по упомянутой выше статье о клевете) ответственности за распространение  сведений, порочащих Барсукова и его деловую репутацию. В случае же с ДАМом, который, не какой-то там заурядный адвокат, а целый премьер-министр, тут вопрос решается совсем иначе. Лучше всего процитировать одно из вышеназванных судебных постановлений (Верховного суда РФ):
«...следует иметь в виду, что в соответствии со статьями ..., политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.» Тут как говорится, без комментариев.
И еще: оценочные суждения не должны содержать прямых оскорблений. Цитата из Постановления Пленума: «Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением ... статьи 150, 151
Гражданского кодекса Российской Федерации)». Тут, я так думаю, также комментарии не требуются, все понятно. Понятно же, что орать на всю округу «Путин - непечатное слово» - могут только совсем законченные экстремисты (хотя уголовная статья за оскорбление (130 УК ) на сегодня отменена - прим.). А мы же не экстремисты, а совершенно даже наоборот:-)))
В общем, берите, пользуйтесь, если у кого есть что спросить или чем-то дополнить - спрашивайте и дополняйте, что-то интересное сразу буду заносить сюда, хотя и без ссылок на камент (уж простите за "заморозку"), но с огромной благодарностью за него:-)

https://teo_tetra.livejournal.com
Tags: Православие, правокривоохренители., православие.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments