Jogan Hainkel (teo_tetra) wrote,
Jogan Hainkel
teo_tetra

Categories:

КАБАЛА И КАЗАЧИЙ НАРОД

ОЧЕРЕДНОЕ ЗАКАБАЛЕНИЕ КАЗАЧЬЕГО НАРОДА

Слышал сегодня я песенку новую,

Пел мне полынь да ковыль.

Слушай же, матушка-Русь бестолковая,

Страшную, жуткую быль...

П.С. Поляков. “Новая песня”.

Уже в начале 1990-х годов более глубоко мыслящие казаки и учёные предупреждали казаков о заложенных в Движении казачьего Возрождения крайне опасных для него самого тенденциях. В частности, в октябре 1993 года профессор кафедры Отечественной истории новейшего времени Южного Федерального Университета В.П. Трут в «Послесловии к “Казачьему излому”» написал следующее:

«Начавшиеся позитивные процессы возрождения казачества буквально сразу же столкнулись со значительными трудностями. Последние были обусловлены многими причинами как внешнего, так и внутреннего характера. Оформлявшееся казачье движение довольно неоднозначно воспринималось различными слоями общества. Часть населения, особенно в местах традиционного проживания казачества, отнеслась к нему с пониманием и поддержкой. Другая, наоборот, крайне недоброжелательно и даже откровенно враждебно. Третья смотрела на него с любопытством, а четвёртая – равнодушно. Властные структуры установили за ним самое пристальное наблюдение и даже попытались взять его под непосредственный контроль».

Вместе с властями России противником Казачьего Народа выступили тогда и новые суверенные республики, образовавшиеся на территории распавшегося СССР. Если быть честными перед самими собой, то их даже можно было понять, поскольку весь период подвластного состояния Казачьего Народа в Российской империи казаков использовали во всех войнах русских монархов со своими соседями в качестве авангардной, ударной силы, что не могло не вызывать к казакам ненависти подавляемых народов. А историческая память порой бывает очень живучей! Да и территории чересполосного, а потому и спорного проживания казаков и иных народов не вызывали особых иллюзий на мирное сосуществование. В частности, в Казахстане, которому в наследство от советской власти достались огромные казачьи территории – часть Сибирского, значительная часть Уральского (Яицкого) Войск и целиком Войско Семиреченское. Как

сообщала газета “Станица” в одном из своих номеров в начале 1990-х годов, «…согласно секретного доклада казахского КНБ (Комитет Национальной Безопасности. – Примечание автора) своему президенту, “казачий фактор” – главная угроза безопасности этого государства».

Попытки перевести бурную казачью вольницу в удобное и послушное властям русло предпринимались уже в период “проб и ошибок”, в период доминирования самостоятельного возрождения казачества. И хоть на первых порах довольно сумбурно, бессистемно, но всё же власти России время от времени предпринимали первые попытки “приручить” и возглавить вольное казачество, взять его под своё влияние и управление, каким-то образом привязать к себе. Одной из таких была попытка, описанная в газете министерства обороны “Красная звезда” от 25 марта 1993 года. Корреспондент Е. Ткаченко сообщал: «К реализации Указа Президента РФ о государственной поддержке казачества приступила администрация Челябинской области. Сегодня в областном центре начались первые учебные сборы атаманов казачьих организаций региона, финансируемые исполнительными органами власти. Около ста руководителей казачьих подразделений прослушают лекции экономистов, историков, аграрников, юристов, финансистов, встретятся с руководителями управлений и комитетов областной администрации, ознакомятся с культурно-историческими традициями своих предков».

В 1993-1995 годах в РФ был принят ряд нормативных актов, создающих фундамент для предполагавшейся государственной казачьей службы. Эти акты стали защитной реакцией российского имперского бюрократического аппарата на казачий “вольный вызов” с его стремлением к федерализации страны и к местному самоуправлению.

В русле такой казачьей политики в Москве с 17 января 1994 года была введена должность уполномоченного по делам казачества при правительстве Москвы. Начальник Правового управления мэрии С. Донцов стал первым уполномоченным по казачеству (на общественных началах). А упор на государственную службу казачества в качестве определения понятия “казак” отразился уже в указе президента от того же года.

Но этого было недостаточно, чтобы полностью подчинить свободолюбивых казаков воле Москвы. И тогда появилась идея, которая в казачьей среде упорно приписывается тогдашнему всесильному олигарху Б.А. Березовскому, который, якобы, скопировал её с казачьей политики польского короля XVI века Стефана Батория. Но, естественно, с

московскими особенностями. Речь идёт о печально известном в этнической казачьей среде так называемом “казачьем реестре”, введение которого и ожидание результатов от введения которого заняло некоторое время. Напомним его основные этапы и вехи:

27 апреля 1994 года в Краснодаре прошёл парад Всекубанского Войска (красного, под атаманством Громова). В посвящённом ему телерепортаже неожиданно прозвучало, что правительство приняло решение 1 июня 1994 года приступить к воссозданию казачьих национально-территориальных образований! Такое сообщение всколыхнуло и обнадёжило массы казаков, но вскоре выяснилось, что сообщение не соответствует действительности. Власти РФ вовсе не намерены были возвращать казакам какие-то территории под своё государственное строительство. Возможно, это была разведка, выяснение настроений в казачьей среде перед введением реестра.

16 мая 1994 года федеральным министром по делам национальностей и по региональной политике был назначен губернатор Краснодарского края (казачьего края!) Н.Д. Егоров. Видимо, в кремлёвских кабинетах на него имелись какие-то планы по проведению “реестровой политики”.

7 июля 1994 года о Егорове выпустил хвалебный репортаж очень популярный тогда тележурналист А.Г. Невзоров в передаче “Дикое поле”. И уже 9 августа 1994 года Ельцин издал указ о создании “реестра казачьих структур для нормирования их государственной службы”. При этом Н.Д. Егоров был назначен председателем Совета по делам казачества при президенте РФ.

Однако ещё в стадии обсуждения идеи реестра у её сторонников возникли оппоненты. Далеко не все атаманы посчитали для себя возможным даже стараться войти в реестр, сумев разглядеть тщательно замалчиваемую властями причину его введения и сразу же назвав эту операцию очередной попыткой расказачивания.

8 сентября 1994 года в Москве открылось Всероссийское совещание казачьих объединений, посвящённое указу о реестре и, конечно, рекламе реестра среди казаков. Естественно, выступил с докладом Н.Д. Егоров, разрисовав сладкое будущее казаков, вошедших в реестр. Совещание утвердило предложенное на голосование обращение к президенту с пожеланием довести до конца реабилитацию казачества, создать условия для организации казачьего землепользования и казачьего самоуправления – надо было чем-то привлечь благосклонность казаков, ведь без озвучивания таких болезненных для казаков вопросов вся затея с реестром могла рухнуть, так и

не начавшись! В тот же день, после совещания, Н.Д. Егоров давал пресс-конференцию, на которой сообщил: «Скоро будет готов президентский указ о казачестве, который положит предел хаотичному разрастанию казачьих структур!».

В одной из своих статей казак В. Мальцев вспоминал то время:

«Кульминацией для меня лично в понимании происходящего стал 1995 год. Когда по приказу Ратиева я участвовал в рабочей группе по созданию “Главного управления казачьих войск при Президенте Российской Федерации”, буквально днюя и ночуя в администрации Президента, возглавляемой Филатовым. Один из высокопоставленных чиновников администрации Ельцина как-то сказал мне: “Ну, что ты, интеллектуал, с этой пьянью и рванью возишься”. На мои аргументы, что я этнический казак и по линии отца, и по линии матери, он просто рассмеялся. Я метнулся на Дон, доложил Ратиеву и Козицыну, что вот, мол, нас считают пьянью и рванью.

Думаю, многие казаки помнят организованный Ратиевым и Козицыным парад более пяти тысяч с иголочки одетых казаков по Большой Садовой, и митинг у стеллы “Освободителям Ростова” в честь Дня Победы в 1995 году. Я с этой записью летел в Москву впереди самолёта. Ах, “пьянь и рвань”, – вот вам, смотрите!

Посмотрели. И на Старой площади, и в Кремле. Один из самых приближённых к Ельцину начальников, глядя двадцатиминутную запись (слава Богу, сохранилась) идущих по Большой Садовой коробок казаков, сначала побледнел, потом позеленел и выдал: “Блядь, да вас там армия, вас же мочить надо!”.

На этом, по крайней мере, для меня, миф о том, что у Москвы, у ельцинско-путинской власти можно что-то просить, или о чём-то договориться, закончился. И эта уверенность с годами только окрепла».

9 августа 1995 года был издан указ президента за № 835 “О государственном реестре казачьих обществ Российской Федерации”, которым давно задуманный план накидывания на вольных казаков государственной уздечки был, наконец, окончательно завершён и принят к исполнению чиновничьим аппаратом РФ. Пока, правда, без оседлания и применения к казакам государственных шпор.

Итак, с августа 1995 года можно говорить о начале нового этапа в жизни Казачьего Народа – вольное общественное казачье движение шаг за шагом уступает место подневольному государственному, пользующемуся покровительством Кремля. В этот период был осуществлён переход части

казаков на “государеву службу” посредством их регистрации в органах власти и получения некоторых преференций относительно большинства других казаков, не пожелавших войти в реестр. Этой главе в трагической летописи казаков с полным основанием можно было бы присвоить такое название: «Реестр: “государевы слуги”».

Внутриказачьи противоречия из-за введения реестра вылились в очередной серьёзный раскол в казачьем социуме, который вызвал, в свою очередь, массу претензий и негатива в отношении Кремля, провернувшего такую антиказачью спецоперацию. Причём, со стороны как самих этнических казаков, так и других народов, стоявших даже в стороне от внутриказачьего раскола. К примеру, председатель Татарской национально-культурной автономии Московской области, кандидат исторических наук и политолог Фаиль Ибятов в статье “О казачестве без пристрастий и мифов” негативно оценивал результат замещения в законодательстве РФ критерия этничности казаков на социальный критерий исполнения госслужбы в реестре. «Ни к чему хорошему для династии Романовых, – указывал Ибятов, – решение о подмене этнического статуса казаков сословным не привело. Ныне на те же грабли наступает актуальная администрация Российской Федерации». О вольных и свободолюбивых казаках как “оппозиции русским рабам” высказывались также борцы за независимость Чечни-Ичкерии Джохар Дудаев и Шамиль Басаев, признанные в России террористами и уничтоженные. О казаках, как равноправном народе в семье тюркских этносов писал кумык по национальности, автор исторических трудов Мурад Аджиев. В учебное пособие для средних школ по истории народов Карачаево-Черкесии был включён раздел о казачестве, но при этом не было специального раздела о русских.

Всё это вызывало тревогу в Москве и желание максимально ослабить потенциал Казачьего Народа, который в любой момент мог оказаться направленным на реализацию своих собственных национальных задач и целей, что в таком случае вошло бы в противоречие с имперской политикой Кремля. И признаки такой вероятности были вполне зримы. Так, в ноябре 1995 года, то есть уже после выхода указа о реестре, на Круглом столе “Казачья карта”, проведённом под эгидой газеты “Ставропольские губернские ведомости”, исполнительный директор Ермоловского комитета Ставропольского Казачьего Войска Г. Пинчук заявил: «А мы, казаки, и не собираемся защищать себя как русских казаков. Мы есть, а нравится вам это или нет – это ваша проблема. Я считаю, что совершенно незачем казачеству

поддаваться давлению и становиться инструментом политики Москвы. Мне горец ближе, чем москвич, центр нам – жителям Юга России – сегодня враждебен. Могу даже представить ситуацию, когда мы с горцами выступим против политики Москвы».

* * *

20 января 1996 года было официально создано Главное Управление Казачьих Войск (ГУКВ) при президенте РФ, а 3 апреля 1996 года Ельцин издал указ о назначении начальником ГУКВ А.П. Семёнова, выпускника Высшей школы КГБ СССР. Управление возглавляло обращённые в реестр казачьи объединения, хотя при этом и заявляло себя как “общеказачий” орган. Его отделы заполонили отставные армейские генералы, которые не видели казачество чем-то иным, кроме как подобием советского ДОСААФ (Добровольного общества содействия армии, авиации и флоту). И хоть у казаков, вошедших в реестр и поверивших в то, что они будут востребованы, рождалась и предлагалась масса проектов, – все они тонули в недрах серого здания на Старой площади, где квартировало ГУКВ. Кстати, по неизвестной казакам причине 18 июня 1996 года застрелился генерал Анатолий Волков, зам. начальника ГУКВ, что в своё время вызвало много вопросов у казаков, на которые они так и не получили убедительных ответов.

Спустя два года после создания ГУКВ активность президентской власти в отношении даже карманного реестрового казачества начала снижаться, и ГУКВ за ненадобностью было упразднено. А следом за ним самоупразднились подразделения по работе с казачеством в большинстве министерств и регионов России. Вертикаль управления казачьим реестром развалилась.

Но за это время власти сумели внедрить и закрепить в казачьем движении выгодный для себя и губительный для самих казаков древний имперский принцип – “разделяй и властвуй”. Казачьих организаций “Всевеликое Войско Донское” стало две – одна (атамана Козицына) с 1995 года была зарегистрирована в статусе общественного международного объединения, а вторая (ростовского вице-губернатора-атамана Вячеслава Хижнякова) вошла в “государственный реестр”.

Привлечение казачества к государственной службе стало основным направлением, олицетворяющим всю государственную политику в отношении российского казачества. Реестр стал тем оселком, на котором проверялась лояльность тех или иных казаков государству. Благодаря появлению казаков, лояльно настроенных к антиказачьей государственной

политике, государство уже открыто возобновило прежнюю линию коммунистов на этноцид Казачьего Народа, не признавая его в качестве самобытного этноса и стремясь его растворить (ассимилировать) при помощи реестра в других нациях. Разделение казаков особенно обострило взаимоотношения в казачьей среде и стало причиной всё большего этнического различия одних и других: в нереестровых организациях оставался значительный казачий этнический элемент, а в реестровых всё больше оказывалось “членов”, привлечённых из неказачьих слоёв населения.

В полном соответствии с такой политикой Москвы, 2 февраля 1997 года представитель президента в Госдуме А.А. Котенков заявил: «Казачество интересует государство прежде всего как особая форма организации государственной службы. Из понятия “казак” должна быть исключена даже возможность намёка на некую этничность!». При этом, “государственная служба” чиновниками рассматривалась как основание для различных форм государственной поддержки казачества, предоставления гарантий, финансовых и иных льгот и использования элементов государственного управления в отношении казачьих территориальных объединений.

Однако, в то время, как, впрочем, и сегодня, весь реестр по численности своих членов насчитывал не более 10% от всего населения РФ, имеющего казачьих предков. Большинство этнических казаков не желало даже за льготы переходить в статус боевых холопов при российском чиновничьем сословии. Так, 10 марта 1998 года состоялась встреча Ельцина со старейшинами Северного Кавказа. Среди них были и казаки, и один из них сказал во всеуслышание: «Казаки восстанавливаются как народ, а не как служилое сословие!».

* * *

Вторая половина 1990-х годов для казаков характеризуется постоянными и настойчивыми попытками государства поставить их под свой полный контроль и подчинение, как это было в Российской империи после подавления восстания атамана Булавина войсками царя Петра I. Но, естественно, в новый исторический период это “оседлание” вольнолюбивого народа происходило иначе, чем в начале XVIII века. Если тогда просто записали казаков в некий “служилый народ” Российской империи, то теперь для той же цели использовался “реестр казаков, взявших на себя обязательства по несению государственной и иной службы”. Причём, если “служилый народ” имел полное право иметь оружие (признак свободного

человека), то “реестровое казачество” не получило даже такого права (признак несвободного человека).

В 1996 году властные структуры Российской Федерации были последовательны в своём желании регламентировать казачье движение и по максимуму переписать его в “реестр”. Кремль перед выборами президента страны в 1996 году уделил казачеству повышенное внимание и на обещания не скупился. Льготы казакам, согласившимся перейти на “государеву службу” (в реестровое казачество) были обещаны немалые. Многие казаки и члены их семей на эту наживку клюнули и отдали свои голоса Борису Ельцину, в результате чего (в том числе) он был переизбран на новый срок.

После президентских выборов многие казачьи общества перешли из общественного статуса в государственный в надежде получить обещанные перед выборами льготы. А на тех, кто не хотел идти под власть, начались гонения. В частности, нереестровым казакам запрещали носить казачью форму одежды, погоны и традиционное холодное оружие, ссылаясь на указ президента. Помимо прочего, заставляли общественные организации многократно делать перерегистрации, на что уходило много времени и денежных средств. В результате, большинство казачьих обществ потеряли юридический статус, одни – в связи с переходом в реестр, другие из-за того, что не смогли вовремя провести перерегистрацию.

Подконтрольные власти войсковые реестровые атаманы получили должности заместителей и советников глав краёв и областей, а также финансовые и иные льготы. Но простые казаки не получили от Москвы ничего. И деваться им было некуда, так как независимые от власти общественные казачьи организации подвергались гонениям и искусно сталкивались лбами в бесплодных спорах ни о чём. И всё же они не слишком много потеряли в сравнении с реестровиками, поскольку всё равно ни одного обещания, данного реестровым казакам в канун президентских выборов, Ельцин не выполнил. Зато они остались вольными, хоть и обессиленными. Проект Закона “О казачестве”, как и следовало ожидать, Совет Федерации “зарубил”, хотя Ельцин обещал его утвердить до конца 1996 года.

* * *

Итак, правящей элите удалось стравить между собой реестровые и общественные казачьи общества. Фактически власти использовали идею государственной службы если не для полного уничтожения, то хотя бы максимального ослабления независимых казачьих обществ. И когда стало ясно, что им это удалось, они приступили ко второй части своего

антиказачьего плана, – поэтапной разэтнизации и нейтрализации уже реестрового казачества.

В статье казака К.И. Ершкова “Реестровое расказачивание” (перепечатка в сентябрьском номере за 1998 год газеты “Казачий взгляд” из газеты “Русский вестник”) говорилось об отношениях власти и казаков в то время на Дону (привожу в сокращении):

«С 8 июня 1998 года Всевеликое Войско Донское приступило к бессрочному, до удовлетворения законных своих требований, пикетированию здания администрации Ростовской области.

Красные казачьи лампасы и околыши яркими пятнами высвечивались среди зелени сквера на центральной площади Ростова. Тридцатиградусная жара ничуть не сказалась на выправке и внешнем виде казаков: походная форма, портупеи, застёгнута каждая пуговица, сияющие сапоги – во всём решимость и обстоятельность. Не хватало только коней, но казалось, они где-то здесь, рядом, и вот-вот гортанным орлиным клёкотом прозвучит знаменитая мобилизующая команда: “Казак! На́ конь!”. И казачья, всё сметающая лава, не зная удержу и препятствий, очищающим ураганом пронесётся по поруганной, заполненной нечистью Русской Земле.

Но пока через каждые два часа перед зданием администрации Ростовской области шли построения: казачьи сотни и полусотни ровными стальными шпалерами застывали в твёрдой решимости выстоять и победить.

В это время смущённо и пристыжено в углы сквера забивалась местная милиция, все поиски “нарушений” и “нарушителей” заканчивались ничем. С опаской, под охраной вислоруких, вздрагивающих от казачьих команд телохранителей, спотыкаясь и заикаясь, стали идти к казакам замы, помы, завы, главы…

Заместитель главы администрации Ростовской области Хижняков В.Ф. – бывший мэр Волгодонска, в отношении которого в настоящее время проводится прокурорская проверка в связи с его интенсивной “хозяйственной” деятельностью, издаёт и рассылает по казачьим областям указы, следуя которым, местные исполнительные власти отбирают у казаков землю, полученную ими по закону “О реабилитации репрессированных народов”, помещения, сельхозтехнику, семена – лишают казаков возможности сеять, растить урожаи, то есть работать, производить, кормить семью! Лишают самой возможности выжить в условиях бесчеловечных рыночных отношений.

Глава администрации Ростовской области В. Чуб и его заместитель Хижняков В.Ф., игнорируя протесты абсолютного большинства ростовчан, одобрили, законодательно разрешили и поощряют переселение на исконно […] казачьи земли иноплемённых колонистов – армян, азербайджанцев, чечен, ингушей и так далее и тому подобное. Быстро освоившись на донской земле, сколачивая баснословные капиталы паразитическими посредническими операциями, они из колонистов превращаются в колонизаторов и уже диктуют свои условия местному […] населению. И именно они составляют костяк хижняковского подставного “казачьего” реестрового “Войска”. Указ Ельцина от 17 июня 1997 года № 612 даёт возможность кому угодно по достижении 18 лет вступить в это “казачье” общество. […] Массовость этого “казачьего” общества создаётся за счёт поголовной записи в него производственных коллективов, членов бюджетных организаций, жителей домов и микрорайонов, посёлков и станиц. Как члены “казачьего” общества они, конечно же, “мёртвые души”.

Истинные же казаки Всевеликого Войска Донского подвергаются гонениям и преследованиям. Репрессивными мерами казаков пытаются загнать в реестр, намереваясь сделать из них некий “род внутренних войск”, послушный правящему режиму, беспрекословно подчиняющийся приказам чубайсовских ставленников в Главном Управлении “по расказачиванию”, готовый выполнить любой антинародный приказ по подавлению выступлений обманутого, оболганного русского народа. Но не тут-то было!

Со всего Дона поднялись и прибыли в Ростов казаки, и притихли его торжища, упорядочилась суета, а ростовчане с одобрительным удивлением и надеждой их встретили и поддержали. Одиннадцать требований социального, экономического и политического характера выдвинули казаки. Среди них – расформирование незаконно созданного, послушного местной администрации подставного “казачьего” реестрового общества, в состав которого входят те самые “ряженые” – армяне, азербайджанцы и представители других нацменьшинств. Казаки требуют незамедлительного отстранения от должности заместителя главы администрации Ростовской области Хижнякова В.Ф., проводящего на Дону политику расказачивания. Казаки требуют отмены всех нормативных актов, принятых Законодательным собранием Ростовской области, и постановлений правительства Ростовской области, дискриминирующих казачество области как коренное население. Требуют освободить хозяйственные субъекты Всевелик

Они требуют создания новых рабочих мест, возврата отобранных помещений. Отдельным пунктом выделено: “Прекратить преследования казаков Всевеликого Войска Донского за то, что они не входят в реестр!”».

* * *

7 августа 1998 года вместо бывшего ГУКВ указом президента было образовано и просуществовало пять лет Управление Президента по Вопросам Казачества (УПВК). Это был период застоя и в ослабленном, распылённом на множество общин вольном казачьем движении, и в “реестровом казачестве”. Войсковые реестровые атаманы ежеквартально собирались на Советы атаманов, принимали решения, которые так же, как и указы президента, систематически не исполнялись.

В январе 1999 года в газете “Казачий взгляд” были помещены рассуждения А.Т. Ветрова, бывшего атамана СКВР, о политических перспективах казаков, среди которых были такие слова: «Все лидеры крупнейших казачьих организаций сегодня потеряли в численности. Бо́льшая часть казаков отошла от движения и выжидает. Причин этому несколько: не были в своё время поставлены цели и задачи, исходя из этого, движение сузило формы и методы взаимодействия с государством, сведя всё, фактически, к попрошайничеству. Просить сейчас у государства что-либо не имеет смысла».

Однако казачьи мысли и мечтания даже в затхлой атмосфере государственной равнодушно-антиказачьей политики всё ещё продолжали волновать казаков. Завершением эпохи Ельцина, объявившего под новый 2000-й год о своём добровольном уходе с поста президента РФ, становились формальные выборы нового президента, фактически уже назначенного Ельциным преемника – В.В. Путина. В связи с этим 27 января 2000 года в Москве казаками “Донской станицы” было принято Обращение к кандидатам в президенты России из 11 пунктов, 3 из которых, наиболее важные, мы предлагаем вниманию наших читателей. Они близки по смыслу Главной Цели Казачьего Народа, сформулированной и очищенной от второстепенных требований Всеказачьим Общественным Центром лишь в 2017 году:

«…3. Признать казачество как народ в составе Российской Федерации;

…6. …законодательно обеспечить незыблемость казачьего самоуправления…;

7. В первоочередном порядке разработать и принять программу поэтапного восстановления казачьих автономий в виде исторических казачьих войсковых территорий…».

Но, как и следовало ожидать, на это обращение никто из представителей власти РФ даже не подумал хоть как-то отреагировать.

Казачий Народ к приходу во власть будущего многолетнего властолюбивого правителя, поставившего РФ к концу своего правления на грань нового распада (после развала СССР), был раздроблен не только на реестр и нереестр, но и на массу мельчайших организаций, союзов, объединений и тому подобных сообществ. Потеряв единство и распылив свои силы, не имея общей для всех национальной казачьей цели, Казачий Народ, даже без силового подавления, вновь, как при коммунистах, оказался бесправным и совершенно беспомощным перед лицом антиказачьей центральной и местной власти. Это был очередной этап казачьей трагедии – закабаление конца ХХ – начала XXI века.

Александр Дзиковицкий.

(Данная статья является выражением личного мнения автора и не является общей позицией ВОЦ)

Березовский - реестр.jpg

На фото: считается, что именно олигарх Б.А. Березовский предложил президенту Б.Н. Ельцину план закабаления вольных казаков посредством реестра.


https://teo_tetra.livejournal.com
Tags: комуняки жидомразь, консервативная контрреволюция.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments