Jogan Hainkel (teo_tetra) wrote,
Jogan Hainkel
teo_tetra

ИПХ


Некоторое время тому назад Александр Казаков составил некий доклад по полигамии в различных традициях (см.: http://akazakof.livejournal.com/2010/06/01/). Основные выводы автора вкратце таковы: «Полигамия является древнейшей формой семейных отношений»… «Полигамия естественное явление и древнейший традиционной институт»… Полигамия одобряется всеми Писаниями (от Законов Ману до Библии и Корана); при безусловном одобрении полигамии в Ветхом Завете («все (!) величайшии Пророки имели более одной жены»), как верно подчёркивает А.Казаков, «нигде в Евангелиях вы не найдёте «запрет» полигамии». Как с долей юмора резюмирует автор: «Полигамия это вид законного (по всем Писаниям) брака. Он не является безпорядочным сношением, а воплощает в себе всё, что вы знаете о браке моногамном + ещё немного сверху». Мы согласны со всеми выводами автора и выражаем признательность г-ну Казакову за «проделанную работу». Наше принципиальное согласие с означенными тезисами, избавляет нас от повторения аргументации, сосредоточенной в «докладе о полигамии», посему мы ограничимся лишь небольшим комментарием, касаемо именно «христианской специфики» в вопросе «о многожёнстве»… Вообще, на наш взгляд, неким парадоксом является то, что в сфере «семейно-брачных» отношений Иудаизм и Ислам демонстрируют более сообразный «природе вещей» подход, нежели Христианство (кстати, сам г-н Казаков – по вере, русский мусульманин, что характерно). Парадокс же состоит в том, что как Иудаизм, так и Ислам – суть религии, не признающие Боговоплощения, центрального понятия в Христианстве. Но что есть Боговоплощение, как не идеальное сопряжение «духовного» и «чувственного» начал. Казалось бы всё в Христианстве должно было бы «выправляться» сообразно сей Высшей Норме. Меж тем, мы видим, что «на практике» иудеям и мусульманам лучше удаётся соблюдать «баланс» духовного и чувственного, нежели «историческому христианству», постоянно уклоняющемуся в крайности «аскетизма» (т.е. доминирования «духовного» в ущерб «чувственному»). И это при том, что для подобного «дисбаланса» отсутствуют предпосылки собственно догматические. Догматически исповедуя Боговоплощение, теоретически признавая плоть не скверной, а брак «честной женитвой», психологически христиане «гнушаются» тем и другим, впадая в некое «бытовое манихейство». Ни у одного Святого Отца мы не найдём сколько-нибудь подробной богословской рефлексии на «темы брака». Чаще всего Отцы «отделываются» дежурной фразою: «да, конечно, брак – дело хорошее, Богом благословленное, но вот девство много лучше…» и далее «про девство» всё очень подробно и многословно… Примечательно, что на закономерно возникающий вопрос: «а как же ветхозаветные Патриархи, Цари и Пророки?» ответ даётся «не по существу». Так, например, преп. Петр Дамаскин утверждает: «Невозможно, чтобы преданный чему-либо чувственному победил страсти. Если же кто-либо укажет на древних святых мужей, что они имели и то и другое, то пусть он знает, что они имели, но отнюдь ничего не употребляли по страсти». Казалось бы: почему же в Новой Благодати (превосходящей Ветхий Закон), христиане не могут (по подобию древних Святых) «иметь и то, и другое» (то есть и «духовное» и «чувственное»)? Ведь именно гармоническое сочетание «и того, и другого» и есть Идеал со строго-догматической Христианской позиции? Нет ответа… При этом, оговоримся, мы вовсе не выступаем против «аскетизма» как такового: все люди разные, и духовный путь, соответствующий сему различию в людях, должен обладать многообразием. Нелепо и прямо вредно будет всех «понуждать к многожёнству», но не менее вредно и понуждать всех к «умерщвлению плоти». Истинная Религия должна выдерживать «баланс» меж тем, и другим… В Христианстве детальнейшим образом разработана «технология аскезы», практика «умерщвления плоти» доведена в нём до подчас изуверских пределов… Между тем, попытки «выправить баланс» стали предприниматься только лишь в ХХ веке. Первые опыты создания Христианской «философии брака» появились именно тогда (труды В.Розанова, проф. С.Троицкого, П.Евдокимова и прот. И.Мейендорфа). При высокой ценности трудов означенных авторов, они обладают неким существенным изъяном (исключение составляет лишь безподобный В.В.Розанов). Сам термин «брак» помимо значения «семейного союза» может иметь смысл «мистического единения», «союза с Божеством» и т.п. У названных нами авторов нет чёткого разграничения сих смыслов. Брак есть «таинство», безусловно, но се не «таинство любви», а, скорее, «таинство рода». Брак имеет прежде всего родовой смысл. Это есть союз мужчины и женщины (мужчины и нескольких женщин) с целию «продолжения рода», а не с целью совместного «духовного возрастания», «взаимной любви» и т.п. На «любви» брак не построить: «любовь» сегодня есть, а завтра нет, любовь тяготится любыми «узами», требует «свободы». Действительно, мужчины и женщины могут «заниматься любовью», могут совместно совершать некие «духовные практики», но ежели и прилагать к подобным союзам слово «брак», то только в «переносном», несобственном смысле… У любви имеются свои «таинства», но область «таинств любви» только лишь частично совпадает с областью «таинства брака»… Оптимальный же тип брака, для «продолжения рода», это как раз таки полигамия. С точки зрения интересов Рода прямо преступно лишать носителя ценных наследственных качеств возможности произвести многочисленное и здоровое потомство от нескольких жен… Брак, согласно Библии, именно как средство «продолжения рода», учреждён Богом в Раю. Тем самым, брак «первичен» по отношению к церковным «канонам», «церковному законодательству». «Законность» браку придаёт не Церковь, а его соответствие Богозаповеданной телеологии: «приумножения жизни» («плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю» (Быт. 1, 28)). У Отцов Церкви часто встречается при касании «соблазнительных» мест Ветхого Завета («многожёнство» Патриархов, или же такой «скандальный» случай как инцест св. прав. Лота с дочерьми), приблизительно следующее разсуждение: «тогда мол род человеческий ещё не умножился в надлежащей степени, потому Бог и допускал многожёнство», а теперь вот «люди размножились» и можно бы им «повоздерживаться» (так утверждает, например, такой авторитет как свт. Иоанн Златоуст)… Ежели и признать некую «истинность» за подобным риторическим ухищрением, то очевидно, что сложившаяся сегодня ситуация требует прямо обратного. Род человеческий, род нормативных Белых людей всё более и более уменьшается ныне. Не приспели ли сроки для нашего Рода вновь обратиться к Библии и к естественному порядку вещей? Как бы то ни было, Катакомбная Церковь ИПХ является христианской конфессией, узаконивающей полигамный брак. Такой брак заключается не «по произволу», но «только в Господе» (1Кор. 7, 39), т.е. в соответствии с Господними установлениями (о коих довольно поведано выше). Критерием подобного соответствия является генетическая и экономическая состоятельность «мужа». Модель «гарема для ИПХ» можно охарактеризовать как «то, что есть в моногамном браке + нечто сверх того». Вот краткий абрис сей «модели», сделанный, так сказать, ex cathedra: «Христианин может иметь только одну жену. Но он может, а ныне и обязан, иметь некое количество конкубин (наложниц) христианок, дабы оскудевший род христиан увеличивался. Однако, инклюзивность конкубин не может быть произвольна, но должна во-первых иметь прямое согласие жены, а во-вторых подтверждение Церкви, ибо потомство от сего союза не должно быть ублюдским)» (архиепископ Амвросий Готфский). Да преумножается оскудевающий род Христиан, «Брак у всех да будет честен и ложе непорочно» (Евр. 13, 4).
Tags: Катакомбная Церковь России
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment