Jogan Hainkel (teo_tetra) wrote,
Jogan Hainkel
teo_tetra

Как течет река

Оригинал взят у rimmir в Как течет река
Оригинал взят у rimmir в Как течет река
А вы видели когда-нибудь, как течет река? Медленно как несет она свои воды.
Через полгода, выдержав ЕГЭ, в вузы подадут документы абиьуриенты, родившиеся в 1999-2000 годах...
И стоит ли, можно ли упрекать их в незнании того, что было до "их эры"?
Поэтому, по многочисленным просьбам читателям, представляю одну из глав будущего учебника истории России.

ЭПОХА ЕЛЬЦИНА: ИТОГИ И УРОКИ
В 1998 г. Институт экономических проблем переходного периода издал "солидный" - 1 113(!) страниц коллективный труд под редакцией директора института Егора Гайдара "Экономика переходного периода: Очерки экономической политики посткоммунистической России 1991 - 1997 годов", который и должен был "документально запечатлеть" в назидание потомкам "достижения" младо-реформаторов во главе с Гайдаром.
Однако труд этот не дает полного ответа на вопрос о восприятии населением итогов социально-экономических реформ, проводимых в нашей стране в течение этого десятилетия. Специальный раздел этой книги (сс.929-1002) посвящен именно вопросам оценки населением итогов экономического реформирования России. Поскольку подведение итогов заканчивается авторами монографии данными социологических опросов за май 1997 г., представляется целесообразным сравнить их с данными более позднего периода, используя для этого ту же самую социально-статистическую базу, а именно: результаты опросов, регулярно проводимых Всероссийским центром по изучению общественного мнения (ВЦИОМом). Основываясь на данных опросов, авторами данной монографии отмечается, что с 1993 по июнь 1995 г. преобладающая оценка населением экономической ситуации в стране была негативной: свыше половины опрошенных - 63 % из них в июне 1995 г. считали, что она стала "немного хуже" и "гораздо хуже" по сравнению с 1993 г.
Те же данные свидетельствуют и об ухудшении оценки общеполитической ситуации в стране: количество ее негативных оценок возросло с 55,3 % в ноябре 1993 г. до 63 % в июне 1995 г. Выход на первое место в 1993-1997 гг., - причем эта тенденция сохранилась и в последующие годы, среди проблем, более всего волнующих населении вопроса о росте цен, свидетельствовало, по признанию авторов монографии (с.982), "об усилении социальной и имущественной дифференциации, об обнищании населения, о разрушении прежних стандартов потребления в различных социальных слоях и группах". При этом отмечалось, что с осени 1995 г. количество позитивных оценок респондентами материального положения своих семей значительно сократилось, в подтверждении чего приводился рост удельного веса оценок "очень плохое" с 8,1 % в марте 1993 г. до 13,1 % марте 1995г. и до 13,7 % в марте 1996 г.
Однако мы позволим себе продолжить этот статистический ряд, особо выделив значение этого показателя - 15,1 % в предкризисном июле 1998 г. В сентябре 1998 г. - после памятного современникам "громкого дефолта" он составлял 26 %, а в марте и июле 1999 г. соответственно 21,9 и 18 процентов. Причем общая сумма негативных оценок ("очень плохое" и "плохое"), составлявшая 43,4 % в марте 1993 г., в марте 1996 г. составляла уже 52,2 %, а в марте 1999 - 66,1 %. В июле 1999 г. она была равна 58,6 % .
В январе 2000 г. только 4,1 % опрошенных ВЦИОМом оценивали материальное положение своих семей как "хорошее" и "очень хорошее", 44% респондентов оценивали его как "среднее", 36,5 % - как "плохое" и 13,9 % как "очень плохое" (суммарное значение оценки "ниже среднего", составлявшее 50,4 процента, хотя и уменьшилось по сравнению с июлем прошлого года, тем не менее, составляло более половины населения страны).
Эти относительные показатели подтверждают и статистические данные. Так, согласно докладу Министерства экономики России, к октябрю 1999 г. более трети россиян - 49 из 145,8 млн. человек имели доходы ниже прожиточного минимума. При этом в долларовом эквиваленте номинально начисленная средняя зарплата составляла около 64 долларов США, что соответствует "международному стандарту" уровня бедности, равному суточному доходу на душу населения в размере двух долларов. В этой связи следует согласиться с констатацией авторами монографии того факта (с. 940), что ""запас прочности" у населения, остававшийся более или менее стабильным в предыдущие годы, заметно снизился к 1997 г. Если в конце 1996 г. треть (34,5 %) россиян полагала, что "терпеть наше бедственное положение уже невозможно", то в 1997 г. удельный вес этой оценки достиг 45,3 %. Налицо, таким образом, - констатировали авторы очерков "Экономики переходного периода...", - перемещение около 10 % опрошенных из группы терпеливых в группу тех, кто терпеть свое положение уже не в состоянии". Причем в "благополучном" июле 1998 г. он составлял 45,6 % , а в июле 1999 - 47,7 %, при этом этот показатель превышал сумму ответов "все не так плохо и можно жить" и "жить трудно, но можно терпеть".
В январе 2000 г. только 9,2 % опрошенных разделяло мнение о том, что "все не так плохо и можно жить", 49,6 % полагали, что "жить трудно, но можно терпеть", тогда как 34,5 % по-прежнему разделяли мнение, что "терпеть наше бедственное положение уже невозможно". Эти показатели свидетельствуют о сохранении в обществе значительного потенциала социального протеста, тем более, что 20,3 % опрошенных были готовы лично принять участие в акциях протеста против дальнейшего падения уровня жизни.
Многим памятно объявление "дефолта" Россией 17 августа 1998 г., однако данные опросов ВЦИОМа однозначно свидетельствуют о том, что реально дефолт, то есть неспособность государства платить по своим долгам, состоялся гораздо ранее. Согласно приводимым на 983 странице цитируемой монографии данным, уже к маю 1997 г. доля работников, не получавших "зарплату за предыдущий месяц целиком и полностью" выросла до 40 % от числа работающих респондентов, "не полностью и с задержкой" она выдавалась еще 10 % из них, около 15 % не получали зарплаты вовсе, а доля тех, кто получал "зарплату полностью и своевременно" сократилась до 27 % . Эти цифры однозначно свидетельствуют о том, что еще более чем за год до объявления официального "дефолта" государство и работодатели были не в состоянии рассчитаться по своим обязательствам, и при этом нарушались трудовые и социально-экономические права 73 % трудящихся в России! В январе 2000г. 29,5 % работающих респондентов не получили еще заработную плату за предыдущий месяц, и еще 17 процентов из них получили ее неполностью.
Исходя из этих констатаций становится понятным, почему в целом в обществе преобладали пессимистические настроения. Так только 15,5 % респондентов в январе 2000 г. полагали, что в течение ближайшего года жизнь "более или менее наладится", а подавляющее большинство - 65,6 % не надеялись на изменение ситуации в лучшую сторону.
Авторы очерков "Экономики переходного периода..." вынуждены были признать, что самым важным для населения за годы реформ стали "перемены, связанные с ухудшением экономического положения людей: рост безработицы, обнищание народа, усиление коррупции и безвластия в стране, ослабление единства России, увеличение ее зависимости от стран Запада, и только потом - появление политических свобод, возможности работать, учиться и отдыхать в других странах".
Из этого следовал весьма двусмысленный (с. 985) вывод о том, что "люди стали больше надеяться на себя, ориентироваться на собственные силы, перестали ожидать от власти благодеяний" - точнее, не "благодеяний", заметим мы от себя, а выполнения обязательств, в том числе, и вытекающих из Конституции России 1993 г. Стремление к "опоре на собственные силы" свидетельствовало, скорее, о деклассировании и пауперизации населения, об укоренении установки добывать себе пропитание любой ценой, в том числе и путем совершения правонарушений и преступлений. Тем более, что Институт экономики переходного периода бесстрастно констатирует (с. 985), что в этот период "усиливалось отчуждение общества от власти, а власти от общества".
В этой связи вряд ли следует удивляться, что (с. 1000) "в опросах общественного мнения проявляется ориентация на порядок и скепсис по отношению к демократии", точнее, к той модели "демократии", добавим мы, что была предложена нам в 1990-1991 и 1993 гг. При этом уже в 1997 г. значительная часть опрошенных - 33,2 % выступала за социализм, который был в стране до 1985г., а четверть - около 25 % - ни за, ни против него, и только менее трети - 29,7 % против него.
Эти данные ВЦИОМ авторы монографии подтверждают (с.1001) и результатами опросов, проводимых Фондом общественного мнения (ФОМ )- 47 % опрошенных считали, что "строительство капитализма плохо для России", тогда как только треть полагала, что это хорошо при почти четверти - 22 % затруднившихся с ответом. При этом только 6 % респондентов были абсолютно убеждены, что Россия в целом движется по верному пути, а более половины - 54 % так не считали. 40 % опрошенных ФОМ полагали, что выбранный путь приведет к углублению кризиса, - что и доказали последовавшие события августа 1998 г. и последующих месяцев,- еще к большему обеднению народа, к новым трудностям и потрясениям. Уже в 1997 г. 57 % опрошенных выступали за исправление недостатков избранного курса реформ, что, по-видимому, следует иметь ввиду обновленным ветвям российской власти.
Авторы монографии (с. 1002) констатировали, что "от государства ждут прежде всего заботы о простых людях, а наибольшее недовольство правительством связывалось с его "недостаточной заботой о народе"". В этой связи представляется вполне уместным напомнить слова российского премьера начала ХХ века С.Ю.Витте о том, что "все революции происходят из-за того, что правительства вовремя не удовлетворяют назревшие народные потребности, остаются глухи к народным нуждам".
И все-таки, чем этот период отечественной истории был в судьбе народов России, чего в нем было больше - хорошего или плохого? Попытаемся ответить на этот вопрос с точки зрения известного афоризма, утверждающего то, что "глас народа есть глас божий".
При этом мы будем использовать результаты целевого опроса населения, проведенного ВЦИОМом в январе 2000 г. - он не только подводит итоги "ельцинского периода" в истории страны, но и дает реальную базу для сравнения итогов двух десятилетий новейшей российской истории.
Одним из его важнейших вопросов (всего было опрошено 1600 жителей всех 11 социально-экономических регионов России), гласил: "Если исходить из исторической перспективы, эпоха Ельцина принесла России больше хорошего или плохого?".
67 % опрошенных в январе 2000 г. считало, что эпоха Ельцина принесла стране и им лично, больше плохого. Причем так считали 57,8 % респондентов до 29 лет, 66.1 % в возрасте 30-49 лет, и 73,2 % в возрасте свыше 50 лет. Наиболее критичны в оценки эпохи Ельцина рабочие - 72,4 %, руководители - 70,3 %, и учащиеся - 64,4 %.
Противоположного мнения о том, что эта эпоха принесла России больше хорошего придерживались только 15,2 % респондентов в среднем по выборке, в том числе 20,1 % из них в возрасте до 29 лет, 16,1% - до 49 лет, 16,4 % руководителей, 10,7 % рабочих и 27,6 % учащихся.
33,6 % опрошенных полагали, что главная ответственность за переживаемые страной трудности лежит на Ельцине и его окружении, 27,3 % на М.Горбачеве и его окружении, 7,8 % - на доперестроечном руководстве СССР и КПСС.
Любопытно также распределение ответов на вопросы о том, что хорошего и что плохого принесли России годы правления Ельцина.
Ввиду объемности материала продолжение просьба смотреть здесь:

© Copyright: Игорь Хлебников, 2010 http://www.proza.ru/2010/11/10/341Сказала мать: бывает всё сынок. Быть может ты устанешь от дорог. Когда придешь домой в конце пути, свои ладони в Волгу опусти...

Tags: " Из далека долго, течет река...
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments